Гайсинский: "Смерти не нужно бояться"

Юрий Гайсинский

Ровно месяц назад с целью получения выкупа в Париже был похищен бывший первый заместитель Генерального прокурора. После освобождения Юрий Гайсинский заявил "ФАКТАМ": "Сейчас уже несколько человек поспешили сообщить мне, что заплатили за меня 20 миллионов долларов".

конце ноября в центре Парижа преступники похитили Юрия Гайсинского. Бывший первый заместитель Генерального прокурора Украины, прокурор Киева, прокурор Киевской области, а ныне адвокат, фирма которого вела и ведет множество резонансных дел, вечером 24 ноября вышел вместе с клиентом, киевским бизнесменом Владимиром Воронцовым, из гостиницы "Meurice Hotel" на улице Риволи в центре Парижа. Они собирались ехать ужинать в рекомендованный служащим отеля ресторан, сели в стоящий у парадного "Мерседес". На узкой тихой улочке водитель остановил машину, и в салон ворвались двое вооруженных мужчин. Воронцов выскочил из машины. На его место плюхнулся третий бандит. Говорили по-русски, но с сильным кавказским акцентом, рассказывал впоследствии Юрий Гайсинский. Приставив к виску заложника пистолеты, бандиты приказали ему позвонить жене, сообщить о своем похищении, об угрозе убийством и предложении откупиться суммой в 20 миллионов долларов, после чего сломали и выбросили мобильник Гайсинского. Паспорт, кредитку и деньги заложника бандиты забрали. Закрыв глаза похищенному, бандиты везли его около трех часов. Первую ночь в неволе Гайсинский провел в холодном гараже под неусыпным присмотром четверых разбойников.

В продолжение недельного заточения бандиты неоднократно заставляли Гайсинского звонить Роману Абрамовичу - чтобы тот заплатил выкуп, но Юрий Александрович, будучи не знаком с российским олигархом - "хозяином Чукотки" и не имея ни малейшего представления о номерах его телефонов, неизменно отказывался. Требовали бандиты звонить и другим "влиятельным людям", которые могут заплатить выкуп в 20 млн. долларов. Гайсинский упорно повторял, что таких не знает... На следующий день после похищения, в полночь, экс-прокурора перевезли в более-менее приспособленную для жизни однокомнатную квартиру, где он провел под охраной бандитов еще пять суток.

"Меня освободили, в том числе, благодаря тому, что улицы Парижа оборудованы видеокамерами".

К счастью, похитители оказались довольно добрыми: заложника не били, давали чай, воду, бутерброды и пиццу. Правда, матерились и угрожали пытками, особенно в первые дни,- если не будет выкупа. Узнав телефон зятя Юрия Гайсинского Геннадия Кернеса (секретаря Харьковского горсовета), бандиты позвонили и ему, требуя 20 млн. долларов.

- В ночь на воскресенье неожиданно объявили: благодаря одному из друзей Воронцова меня освобождают, - рассказал Юрий Гайсинский. - Я думал, что он сбежал от преступников, но, по словам Воронцова, его схватили бандиты буквально в нескольких метрах от машины и все это время продержали в подвале, а потом так же неожиданно выпустили. Денег с него не требовали. С Воронцовым мы встретились в гостинице, он отдал мне мой паспорт, который ему передали бандиты. Подробно обсудить случившееся мы с ним не успели - подошли два сотрудника криминальной полиции Парижа и предложили следовать вместе с ними в центральный офис полиции города. От полицейских узнал, что они искали меня со дня похищения. Комиссар полиции (женщина) сказала, что своей свободой я обязан им: полиция задержала местного криминального авторитета, который за обещанные правоохранителями какие-то преференции помог установить похитителей и договорился о моем освобождении. Я, кстати, убедился, что работают там очень профессионально. Совершить преступление в центре Парижа безнаказанно довольно сложно. Меня ведь освободили, в том числе, благодаря тому, что улицы города оборудованы видеокамерами, которые зафиксировали события и участников, что дало возможность вести целенаправленный поиск.

- Как развивались события дальше, - спрашиваю у Юрия Гайсинского. - Вы, я вижу, уже восстановили номер выброшенного бандитами телефона?

- Да, восстановил. И обнаружил, что в дни моего заточения мне звонило очень много людей. По записной книжке удалось распознать, например, и ваш звонок. До сих пор мне не верится, что все это произошло со мной. Как будто вижу кино...

Сейчас мне часто звонят из парижской полиции, кое-что уточняют, ведь расследование продолжается. На днях я спросил, выпустили ли криминального авторитета, который под давлением полиции помог найти меня и решил вопрос о моем освобождении. Я думал, что ему за оказанную помощь была обещана свобода. "Нет, он сидит, наш договор касался других вещей", - ответили мне. Во Франции, как и во многих других странах, работает закон о следственном и судебном компромиссе. Это значит, что в обмен на важную для следствия информацию или помощь даже преступник может получить оговоренное послабление. У нас, как вы знаете, такое тоже практикуется, но без законных оснований.

- Вас после допроса парижская полиция отпустила, а Воронцова задержала. Сейчас он уже на свободе?

- Воронцов арестован. Я спросил у комиссара, в чем его подозревают, - ответила, что он нарушал законы Франции. Единственное, добавила, мол, вы на все вопросы ответили, а он - нет...

- Как вы себя чувствуете?

- Нормально - ведь меня не били. Разве что давление подскочило.

- Это объяснимо - когда тебе угрожают смертью, стресса не избежать.

- Я не боюсь смерти - ведь, будучи еще молодым прокурором, видел ее по нескольку раз в день. И с тех пор знаю: смерть - это всего лишь часть жизни. Но умереть хотелось бы по-мужски, как Колчак, например. Вы видели фильм "Адмирал"?

- Теперь обязательно посмотрю. Юрий Александрович, так выкуп 20 миллионов за вас все-таки заплатили?

- Знаете, как говорят: у победы - сто отцов, поражение - всегда сирота. Сейчас уже несколько человек поспешили сообщить мне, что заплатили выкуп за мое освобождение.

- А на самом деле?

- Я верю французской полиции - их рассказ не вызывает сомнений в достоверности.

"Связи у меня, конечно, неплохие, но я ими пользуюсь очень скромно"
- У вас было время проанализировать ситуацию. Появились какие-нибудь версии? Судя по вашему рассказу, выглядит интригующе история похищения, освобождения и ареста Воронцова. Когда вы с ним познакомились?

- Отношения "адвокат - клиент" у нас с Воронцовым продолжаются больше года. Он бизнесмен, занимается поставкой металлоконструкций. И в Париж-то мы с ним поехали, по словам Воронцова, чтобы договориться о поставках металлоконструкций для строительства саркофага на Чернобыльской АЭС в рамках некоего французского проекта. Я должен был обеспечить юридическое сопровождение сделки. Но, в силу известных обстоятельств, переговоры не состоялись.

У меня по поводу заказчиков моего похищения есть различные версии. Одна из них строится на том, что мою личность чрезмерно демонизируют в СМИ. Говорят и пишут, что у меня сильные связи, благодаря которым я могу решать все вопросы. На самом же деле связи у меня, конечно, неплохие, но я ими пользуюсь очень скромно. По крайней мере, госпредприятий не приватизировал. Если я имею какие-то материальные блага (весьма скромные в сравнении с запрошенным выкупом), то заработал их своим интеллектом и трудом.

- Но у вас же, кроме адвокатской фирмы, есть другой бизнес. Может, это связано с ним? Или, поскольку к вашему похищению в Париже имел отношение криминалитет, не исключено, что в вашей адвокатской деятельности вы не выполнили каких-то обязательств по отношению к их представителям. Адвокатам ведь приходится защищать разных клиентов.

- Я выполнял свою работу адвоката честно и на высоком профессиональном уровне. А работая прокурором, не мог не наступить на мозоль каким-то мерзавцам. Поэтому версий о мотивации нападения на меня может быть много.

Что касается моего бизнеса, эту версию я тоже не считаю реальной - ведь в стране есть владельцы многомиллионных и даже миллиардных состояний, - но я не слышал об их похищении.

Прошу учесть, что версии - это только мысли и ничего больше. Для воссоздания реалистичной картины происшедшего у меня на данный момент мало достоверной информации. В этом смысле очень надеюсь на расследование французской полиции. Поскольку я имею статус потерпевшего, меня рано или поздно обязательно известят о его результатах.